КОЛЫБЕЛЬ ЦИВИЛИЗАЦИИ: СТРАНЫ ПЛОДОРОДНОГО ПОЛУМЕСЯЦА

Цивилизацию породил хлеб. Когда его стало много, люди получили вер­ный источник пропитания. И только тогда смогли создать высокую куль­туру. Но чтобы получить стабильные

Урожаи хлеба, они должны были прежде всего сплотиться в устойчи­вые большие общины. А от общин недалеко и до городов… Таким обра­зом, на заре цивилизации, на закате первобытности человечество разви­валось по старой русской пословице: «Хлеб всему голова».

Древнейший очаг земледелия сложился на Ближнем Востоке. Ни долина Нила, ни междуречье Тигра и Евфрата, которые по праву счи­таются центрами первых цивили­заций, первоначально не входили в эту зону. Земледелие в эти страны было принесено извне, с террито­рий, которые при первых фараонах Египта стали уже окраиной цивили­зованного мира. Сельское хозяйс­тво на Ближнем Востоке зародилось в Плодородном полумесяце — облас­ти, протянувшейся широкой дугой от Персидского залива вдоль северного края Сирийской пустыни к Палести­не и границе Египта.

ПЛОДОРОДНЫЙ

ПОЛУМЕСЯЦ

С окончанием ледникового перио­да — по мнению большинства исто­риков, около 12 тыс. лет назад — на бескрайних просторах Евразии уста­новился климат, близкий к совре­менному. Большую часть Ближнего Востока заняла сухая степь или пустыня, и лишь на севере, в широ­кой полосе от гор Леванта и Тавра на западе до гор Загроса на восто­ке, воды было достаточно. Здесь, зацепившись за высокие вершины,

Лепенскии Вир. Одно из ранних поселений,

Расположенных на Дунае.

VI тысячелетие до н. э.

Реконструкция.

обсидиановый
наконечник.

Изливались дождём тучи, обильно орошая склоны гор. Горные потоки сливались в большие реки, величай­шими из которых стали Тигр и Ев­фрат. В их долинах воды было даже больше, чем необходимо, и их меж­дуречье стало страной озёр и бо­лот, обильных рыбой, дичью, но малопригодной для жизни человека. Самыми удобными для охотников и собирателей той эпохи стали скло­ны гор, покрытые густыми лесами, с зелёными полянами и лугами.

Здесь водились дикие козы, бара­ны, ослы. Среди разнотравья лугов росли и предки будущих культурных растений — ячменя и пшеницы. Дикие злаки рано стали привлекать внима­ние древних охотников. Об этом сви­детельствуют находки специальных кремнёвых ножей, использовавшихся для сбора диких растений. Область Плодородного полумесяца обладала ещё одним преимуществом, имев­шим важное значение в жизни наших предков. Горы были богаты обсидиа­ном — вулканическим стеклом, сыг­равшим роль главного материала для производства наконечников стрел, дротиков и копий, с которыми древние охотники выходили на охоту, а также изготовления ножей для сбора диких злаков и обработки шкур.

Со временем местные жители стали сознательно сеять в удобных местах ячмень и пшеницу, разбра­сывая зёрна на полянах и лугах. Так постепенно были заложены основы земледелия.

Эта эпоха лучше всего изучена на примере древней натуфийской культуры в Палестине. Она датирует­ся X тысячелетием до н. э. и названа по сухому руслу реки Натуф, вдоль которого открыты первые поселения этой культуры. Местные жители оби­тали в маленьких посёлках, окружён­ных каменными стенами. Жилищем им служили круглые хижины или пещеры в скалах, в центре которых располагался очаг. Их хозяйство ещё мало отличалось от быта охотников предшествующих эпох. В слоях нату — фийских поселений археологи нахо­дят кости только диких животных: газели, благородного оленя, косули,

Лошади, осла, быков. Единственным домашним животным здесь всё ещё была собака.

Однако помимо охоты в их хо­зяйстве появились и совершенно новые черты, признаки принципи­ально иного образа жизни. Среди обычных для того времени предметов обнаружено более тысячи пластин особой, нехарактерной для охотни­чьих культур формы. Они служили вкладными лезвиями первобытных серпов. Кроме того, здесь найдены костяные мотыжки, а также специ­альные орудия для дробления зерна в виде базальтовых пестов и таких же каменных ступок. Не ограничиваясь этим, жители натуфийских поселений выдалбливали глубокие круглые ямки в скале, которые служили в качестве приспособлений для размола зёрен.

В одной из пещер на горе Кармел, в гроте Эль-Вад, сохранились по-

раннеземледельческие культуры ближнего востока (viii—iv тыс. до н.э.,на территории
современной
иордании
располагалось
древнейшее
поселение городского
типа — иерихон.

Гребения. Судя по одежде погребён­ных, натуфийцы носили головные уборы в виде диадемы, щедро уни­занные украшениями из трубчатых раковин. На шее у них красовались замысловатые ожерелья из взаимно чередующихся раковин и попар­но расположенных клыков оленя. Полоски из раковин украшали и одежду натуфийцев. Исследователи отметили следы сильного износа зубов у представителей натуфий — ской культуры и пришли к выводу, что это происходило из-за присут­ствия песка в муке, который попадал туда во время помола зерна.

У первых «земледельцев» сущест­вовало своеобразное искусство, во многом напоминавшее искусство

череп молодой
женщины
с раковинами каури в глазницах. иерихон.
тель-д ей р-алла
(халла). иордания. модель.

Предшествующей эпохи. Нату — фийцы украшали свои изде­лия резными фигурами животных, как, например, рукоять одного костяного орудия, из которой вырас­тает фигура козлёнка, поднявшего голову. Есть и образцы круглой скульп­туры. Из куска кальцита натуфийский «скульптор» уверенной рукой вырезал, например, голову человека

С низким лбом, резко очер­ченным ртом и большими миндалевидными глазами.

Если обитатели натуфийских посёлков одними из первых начали собирать дикие злаки, то уже в следу­ющем тысячелетии собирательство диких растений стало сопровож­даться сеянием хлебных злаков вне их естественной среды обитания. Дикая пшеница, растущая в предго­рьях Тавра и Загроса, была найдена на поселениях IX тысячелетия до н. э. в Северной Сирии, в сотнях кило­метров к югу и востоку от тех мест. Дикие растения стали «домашними». Первые хлебные злаки полностью «одомашненного» типа появляются в странах Плодородного полумеся­ца на рубеже IX—VIII тысячелетий до н. э. Они найдены в Иорданской долине, на крупном поселении древ­них земледельцев Иерихон, вырос­шем из небольшого посёлка охот­ников и собирателей натуфийской

Культуры.

Судя по размерам зёрен, одомаш­ненные злаки давали вполне прилич­ный урожай и могли конкурировать не только со своими дикорастущими собратьями, но и с другими способа­ми добычи пищи древних жителей Плодородного полумесяца, в част­ности с охотой.

С такими очевидными преиму­ществами новый вид хозяйства начал быстро распространяться по окру­жающим областям. К VII тысячеле­тию до н. э. пшеница и ячмень стали выращиваться на территории от Анатолии (современная Турция) до нынешнего Пакистана. Земледелие вышло за пределы Плодородного полумесяца, начался новый этап его победного шествия.

ДРЕВНЕЙШИЙ

ГОРОД ИЕРИХОН

Земледелие изменило весь образ жизни общин в странах Плодород­ного полумесяца. Росли посёлки, постепенно превращаясь из неболь­шой группы соломенных хижин в почти города с ровными рядами

глинобитных домов, центральной площадью, зданиями общественных собраний и святилищами. Крупные селения первых земледельцев извест­ны на всём Ближнем Востоке — от Балкан и Малой Азии до гор Загроса и Иранского нагорья.

Первым среди таких «протого­родов», как называют их учёные, по праву считается Иерихон, оставив­ший глубокий след в истории мно­гих поколений. Его остатки (ныне городище Тель-эс-Султан) располо­жены в Палестине, на территории современной Иордании, в 22 км к се­веро-востоку от Иерусалима.

В истории человечества Иерихон прославился из-за библейского рас­сказа, согласно которому стены этого города обру­шились после его осады израильтянами во главе

С Иисусом Навином.

В Библии говорится, что вокруг городских стен семь раз обнес­ли Ковчег Завета, а священники при этом трубили в трубы.

Когда город обходи­ли в седьмой раз, изра­ильтяне издали громкий крик, «и обрушилась стена города до своего основания, и народ пошёл в город, каждый со своей стороны, и взяли город». Поиски легендарно­го Иерихона начались ещё в XIX в., и после работ многочисленных экспедиций были открыты руины древнего города. Когда археологи под руководством Кэтлин Кенайонс в 1950 г. углубились ещё ниже обру­шившейся стены, стало ясно, что этот город не только намного древ­нее библейских событий, происхо­дивших в XIII в. до н. э., но и один из самых древних городов на земле.

Древнейшее поселение на месте Иерихона относится ещё ко вре­мени натуфийской культуры, а в VII тысячелетии до н. э. этот посёлок вырос уже до внуши­тельных размеров — 1,6 га — и был обнесён каменными стенами длиной 800 м с мас­сивной башней посередине. Высота стен достигала 4 м, а их толщина — 3 м. Диаметр и высота башни составляли

9 вид на раскопки древнего иерихона.М. Внутри стен располагались дома из сырцового кирпича на деревянных подпорках, святилища, улицы. Население городка занима­лось земледелием и скотоводством. Археологи нашли там орудия для сбора урожая. Жители Иерихона разводили овец и коз. Мясо домаш­них животных в рационе горожан окончательно вытеснило мясо диких газелей, основного объекта охоты их

Предков.

череп, обмазанный
глиной, принадлежал знатному члену иерихонской общины.
вяленая рыба
на глиняной тарелке.
К открытиям, сделанным в 1950 г. в древнем Иерихоне, относятся рас­крашенные головы из необожжён­ной глины, налепленной на чело­веческие черепа. Носы и другие характерные детали лица были проработаны так тщательно, что у ис­следователей не оставалось сомне­ний в их сходстве с обликом реаль­ных людей. Учёные предположили, что эти черепа принадле­жали знатным членам иерихонской общины,

междуречье тигра и евфрата.
снимок из космоса.
терракотовая
фигурка женщины. убайдская культура. ур. vii тысячелетие до н. э.
месопотамия —
междуречье
(греч.).
в древности тигр и евфрат часто меняли русло, то соединяясь друг с другом, то расходясь. в на-ши дни две реки недалеко
от впадения в море сливаются, образуя одну —
шатт-эль-араб.

Почитание которых продолжалось и после их смерти.

Мощные стены и культ вож­дей отличали Иерихон от других раннеземледельческих посёлков той эпохи. Чем это было вызвано? Возможно, расположенный среди сухих степей в плодородном оази­

Се у постоянного источника воды, Иерихон был окружён племенами,

Продолжавшими жить по-старо­му — охотой и собирательством. Процветающий посёлок мог рас­сматриваться ими как объект для

Нападений и грабежа. Неспокойная жизнь заставила жителей Иерихона

Превратить своё поселение в непри­ступную крепость.

ВЫХОД ИЗ КОЛЫБЕЛИ

К VII тысячелетию до н. э. люди, посе­лившиеся в области Плодородного полумесяца, жили в уюте и доволь­стве. Им хватало хлеба, они строили небольшие домики из глины и соло­

Мы, делали посуду из камня и гли­ны, шили одежду из шкур и льняных тканей. В холодное зимнее время они грелись у больших очагов и как могли организовывали свой досуг. Они уже знали какую-то древнюю разновидность шахмат: через много тысячелетий потерянные ими глиня­ные фигурки стали добычей архео­логов…

Но история человечества не стоя­ла на месте. В течение VII тысячелетия до н. э. земледельцы стали спускаться с предгорий и расселяться по огром­ной низменной равнине, пролёгшей между реками Тигр и Евфрат. Они покинули свою колыбель в поисках нового, ещё более благодатного края.

Месопотамия встретила их не­приветливо. Солончаки, болота, полные змей и ядовитых насеко­мых, бешеный нрав Евфрата, каждый разлив которого мог превратиться в катастрофу, — вот далеко не пол­ный список «сюрпризов», ожидавших первопроходцев. Добрая половина южной части страны была одним колоссальным камышовым бо­лотом.

Освоение Междуречья шло мед­ленно, и до южных, приморских, областей люди добрались не скоро. Но всё-таки они упорно селились

Там. Причина одна: приречные земли стабильно давали очень высокие уро­жаи. Длительное, сухое и жаркое лето способствовало этому. А зимы в тех местах мягкие: несколько недель идут дожди, снег же выпадает чрез­вычайно редко и не везде. Люди реч­ных долин были богаче всех в мире, поскольку хлеб у них имелся в из­бытке. А помимо хлеба — фрукты, овощи и речная рыба. Кроме того, глинистые почвы давали превос­ходный материал для строительства и создания всякого рода домашней утвари: горшков, кувшинов, серпов с кремневыми вкладышами, детских игрушек. За хлеб и иные продукты речные жители могли выменивать

У соседей металлы, дерево, камень и всё прочее, в чём они испытывали надобность.

Древние люди обуздывали ярость водной стихии с помощью кана­

Лов. Каналы, полноводные как реки, малые каналы вроде искусственных ручьёв и многочисленные кана­вы отводили воду из тех мест, где её было слишком много, и несли

глиняная табличка с клинописным текстом, найденная при раскопках угарита.

руины царского дворца в угарите. рас шамра. сирия. ii тысячелетие до н. э.

УГАРИТ

В 1929 г. французский археолог Клод Шеффер начал раскопки на холме Рас-Шамра в Сирии, где рассчи­тывал найти древний город. Результат превзошёл ожидания исследователей. Обнаруженное под хол­мом Рас-Шамра поселение не просто вписало пару интересных страниц в древнюю летопись региона. Оно позволило по-новому взглянуть на всю историю Ближнего Востока II тысячелетия до н. э.

Люди пришли сюда в VII тысячелетии до н. э. А в III тысячелетии до н. э. на месте древнего поселе­ния возник укреплённый город. В следующем тысяче­летии он именовался Угарит и был столицей могучего царства, власти которого подчинялась страна Ханаан. Создателями и хозяевами Угарита были западные семитские племена — близкие родичи евреев, арабов, финикийцев, говорившие на особом языке («угарит — ском»). Город имел обширные связи с другими древни­ми цивилизациями. Об этом свидетельствуют товары из Египта, Месопотамии, Малой Азии и даже с Крита.

Но главное — обширная дипломатическая переписка угаритских царей и их международные договоры, кла­дезь бесценной информации об истории Сирии и её соседей в бронзовом веке.

Археологи раскопали в Угарите несколько цар­ских дворцов. Один из них размещался за город­ской чертой и являлся выездной резиденцией царя. Угаритские дворцы, даже центральный, довольно скромны в сравнении с великолепием дворцов еги­петских фараонов или владык Ассирии. Но западным семитам, недавним кочевникам, только начавшим перенимать навыки градостроительства, и эти соору­жения, очевидно, казались величественными. Именно в центральном дворце обнаружен богатейший архив. Он содержит упомянутые документы внешней поли­тики и множество текстов, касающихся политики внутренней и дворцового хозяйства. Именно по материалам угаритского архива

Воссоздаётся внутренний строй западных семитов той эпохи.

Как и в других царствах Древнего Востока, с дворцами в величии соперничают храмы богов — бога грозы Балу и его отца, бога плодородия Дагану.

Они считались покровителями города и его царей. Наряду с архивными документами в Угарите найдены также тексты героических сказаний и мифов о богах. Они привлекли едва ли не большее внимание учёных,

Чем политические документы. Дело в том, что древ­нейшая семитская мифология очень плохо изучена. От финикийских мифов сохранились жалкие отрыв­ки. Мифы восточных семитов — аккадцев и ассирий­цев — сохранились, они даже старше угаритских. Но при этом они испытали очень сильное влияние шуме­ров и только иногда передают семитские имена богов, и то не все. Тем более ценным было обнаружение чисто семитских мифов, почти свободных от внешних влияний. Теперь можно понять, какими представляли своих богов, о кровавом поклонении которым немало упоминается в Библии, сами многобожники Древней Сирии и Ханаана. Главный герой угаритских мифов — Балу, беспощадный борец с чудовищами и сам небес­ный смутьян, ставящий под угрозу власть верховно­го бога Илу. Есть сказания и о других богах, а также о героях. Герой-богоборец Акхит отказался уступить свой лук богине Анату, своенравной жене Балу, и за это был убит ею. Другой герой — Карату, напротив, послушный исполнитель воли богов. Но и он, забыв о клятве, принесённой богине Асирату, едва не был наказан ею смертью. Карату спасается с помощью

Илу, который обычно высту­пает покровителем людских

Героев. Полагают, что Карату почитался в Угарите как предок царствующей династии.

Культура Угарита дале­ко не целиком ещё раскры­лась современному человеку. Продолжается исследование искусства и литературы уга — ритцев. Раскопки на Рас-Шамре и в его окрестностях продол­жаются по сей день. И каждый сезон приносит новые любопыт­ные находки.

ангоб — краска на основе жидкой глины.,так выглядит система оросительных каналов.
современная
фотография.

►
фигурка божества или прародителя. иордания.
6800 г. до н. э.

Туда, где её не хватало. За несколько столетий развитие сети каналов позволило преобразить эту землю. Наконец великие поля пшеницы и ячменя заколосились в плодород­ных областях юга, где в конечном счёте и сложилась древнейшая в исто­рии человечества цивилизация.

Но до её рождения был ещё дол­гий путь развития. Прогресс обес­печивал опыт первых земледельцев Плодородного полумесяца и благо­датные для его приложения природ­ные условия Двуречья.

Этот прогресс отмечен сменой нескольких эпох, каждая из которых характеризуется самобытной культу­рой. Месопотамия — страна глины. Из глины здесь делали почти всё, за исключением одежды, украшений и оружия. Поэтому искусство изго­товления глиняной посуды несколь­ко раз достигало здесь невиданного ранее расцвета. Самобытность разных земледельческих культур наиболее

Ярко проявилась именно в стиле их глиняной посуды.

Культуру древнейших земледельцев Северной Месопотамии VI тысячеле­тия до н. э. археологи называют хассун — ской — по раскопкам в укреплённом поселении Тель-Хассуна. Хассунские племена уже знали изделия из меди (правда, их было совсем немного), делали большие запасы зерна, при­ручили корову. У них впервые по­явилась расписная глиняная посу­да, которая обжигалась в сложном устройстве — двухкамерном горне. Их уровень жизни благодаря высо­ким урожаям хлеба рос от поколения к поколению. Археологи проследили этот процесс по изменению жилища рядового земледельца. Постройки, сначала простые хижины из высу­шенной солнцем глины на соломен­ном каркасе, постепенно развивались в просторные и сложные дома с ра­бочей комнатой, кухней и спальнями, складскими помещениями и внутрен­ним двориком. Находки привезённых из далёких стран бирюзовых бус, появление печатей, знаков личной собственности, говорят о том, что экономические горизонты хассун — ских общин также расширялись. Их селения достигали значительных раз­меров, укреплялись и были почти что городами.

Самаррская культура, современ­ница хассунской, развивалась южнее, в средней части долины Тигра. При раскопках в поселении Самарра археологи обнаружили изумитель­но красивую посуду: чашки, миски, тарелки зеленоватого и розового

цвета. Она отличалась совершенс­твом форм, была покрыта ангобом, украшена плетёным орнаментом и изображениями птиц, козлов, рыб, скорпионов, женщин с развевающи­мися волосами. Именно эта посуда и стала отличительным признаком самаррских племён. Позднее учёные нашли и другие отличия. Часть посе­лений этой культуры располагалась за пределами зоны обильных дожде­вых осадков, и именно в этих облас­тях стали появляться простейшие методы ирригации. Свидетельства развивающейся оросительной сис­темы открыты на поселении Чога — Мамми, располагавшегося на бере­гу высохшего теперь канала. Здесь были найдены зёрна таких культур, как шестирядный ячмень, пшеница, лён, которые не могли бы расти тут без искусственного полива.

В середине VI тысячелетия до н. э. то ли в результате завоевания, то ли по иным причинам население на севере Месопотамии сменилось. Там утвердились племена, принадлежав­шие к иной культуре, которую учё­ные называют халафской — по рас­копкам в поселении Телль-Халаф. Эти племена широко расселились и за пределами Междуречья, в том числе на территории современных Сирии и Армении.

От своих предшественников при­шельцы отличались во многом. Их дома представляли собой куполо­образные глинобитные хижины диаметром не более десяти метров. Умерших они хоронили в шахто­вых гробницах. В некоторых случа­ях сжигали тела покойников, сопро­вождая эту процедуру сложными обрядами, такими, как сознательная порча предметов, предназначенных умершему для путешествия в загроб­ный мир, захоронение пепла в гор­

Шке под полом дома. Иные тради­ции были и в изготовлении посуды.

-4
глиняный
погребальный домик. палестина.
4000 г. до н. э.
сбор плодов.
фрагмент рельефа дворца в ниневии. vii в. до н. э.
Древнейшая халафская посуда груба, но впоследствии она обретает изя­щество и тонкость выделки. Её по­крывали орнаментом из цветов или геометрических фигур и раскраши­вали в тёплые тона, сочетая разнооб­разные оттенки жёлтого, красного, коричневого. По части керамиче­ской посуды халафские племена со

керамическая чаша со стилизованным изображением козла. культура элама.
сузы.
viii тысячелетие
до н. э.
декоративный сосуд.
расписная керамика периода убайдской культуры. сузы.
4000 г. до н. э.
керамическая чаша из суз.
культура элама.
viii тысячелетие
до н. э.

Временем стали не менее искусны, чем их предшественники. Археологи нашли в одном из их поселений «дом гончара» — настоящую большую мастерскую. Количество медных инструментов и оружия у халафских земледельцев невелико, но всё-таки их стало больше, чем во времена хас — сунских племён.

В V тысячелетии до н. э. по причи­нам, неизвестным историкам, халаф — ские племена сменились в Месопо­тамии новой культурой. Её называют убайдской.

Убайдская посуда не столь бога­та оригинальными орнаментами или игрой оттенков, как хассунс — кая или халафская. Мастера нового народа любили изображать на гли­няных сосудах цветы с крупными лепестками, листья, реже животных. Зато они научились использовать гончарный круг и создавали посуду множества разнообразных форм. От тех же времён сохранилось немало странных глиняных статуэток. Они изображают обнажённых женщин и мужчин, причём у мужчин лягуша­чьи головы. На месте глаз и в пле­чах фигурок делались прорези, куда вкладывались зёрна кунжута и фини­ковые косточки. Скорее всего, ста­туэтки использовали в магических целях.

Памятники убайдской культуры встречаются по всему Ближнему Востоку. Именно в этот период зем­ледельческие поселения впервые появились на бесплодных равни­нах Южной Месопотамии, где их процветание полностью зависело от успехов в строительстве каналов. Разрушительные весенние разливы Евфрата убайдские общины умело использовали для повышения пло­дородия полей, значительного роста урожая.

Рост урожая, в свою очередь, неизменно вёл к возможности появ­ления больших поселений. Таких, например, как Эриду с 4 тыс. жите­лей, занимавшем 10 га. Фактически

Это был настоящий город.

Облик жилища убайдской куль­туры археологи восстановили на примере дома, погибшего при пожа-

глиняные холмы
множество поселений, раскопанных археологами в месопотамии, носят арабское название из двух слов, первое из которых — «телль». по-арабски «телль» означает «холм». главное содержимое любого холма, возникшего на месте древнего города, — глина.
именно глина на протяжении многих тысячелетий играла роль главного строительного материала в междуречье. особенно популярным был глиняный кирпич-сырец. его не обжигали в печи, он просто твердел на солнце. обожжённый кирпич использовали реже и только семьи с хорошим достатком. но под действием дождей и весенних разливов, превращавших улицы в маленькие реки, сырец быстро «оплывал», постройка требовала восстановительных работ или оказывалась вовсе непригодной для роли жилища. поверх остатков старого
дома строили новый. и так — слой за слоем — поселения поднимались над землёй, становились на мощные пласты глины. известный историк игорь дьяконов писал по этому поводу: «...„телли" древней месопотамии нарастали из поколения в поколение из обрушившихся сырцовых стен, из пыли и дождевой грязи, оседавших на улицах, из выброшенного мусора». некоторые «телли» достигали титанических размеров. впоследствии их габариты подсказывали учёным местона-хождение крупных городов древности.
другим излюбленным материалом для строительства хижин был тростник. но от него через тысячелетия не остаётся ничего. разве что зола.

этот необычный конусовидный сосуд, возможно, использовался как кружка.
иордания.

Ре. В нём сохранились не только основания глинобитных стен, раз­делявших многочисленные жилые и хозяйственные помещения, но даже обугленные брёвна перекры­тия крыши и горелая солома, по­

Крывавшая её, лестница, ведущая на крышу, где сушилось зерно, гли­няная посуда и собирались вечера­ми члены семьи, чтобы отдохнуть от дневного зноя. На полу жилища археологи обнаружили предметы утвари, раздавленную рухнувшим перекрытием посуду — в общем, всё, что окружало простых земле­дельцев в их повседневной жизни шесть с половиной тысячелетий назад. Под полом одной из комнат в глиняной корчаге был захоронен младенец. Погребения в пределах дома являлись обычной практикой убайдских земледельцев.

Рост поселений вёл к увеличению спроса на сырьё, которым не были богаты области Месопотамии. Это стало одной из причин широкого распространения этой культуры по всему Ближнему Востоку и расши­рению торговых связей убайдских племён.

Уже в этот период появляются первые храмы. Самый древний из них открыт в Эриду. Он представлял собой простое святилище с одним помещением на небольшом возвы­шении, но уже имел все особенно­сти, которые проявились позднее в величественных храмах шумеров: украшенный фасад, алтарную нишу и жертвенное место.

К IV тысячелетию до н. э. на зна­чительной части Месопотамии уже сложилась развитая система кана­лов. Она обеспечивала безопасность местным жителям и позволяла сни­мать «сказочные урожаи» — так их оценивают современные учёные. Больше стало пищи — больше стало и людей. Поселения стали круп­нее и богаче, чем когда-либо преж­де. Мастерство в обработке камня, металла и в керамике достигло новых высот. Маленькие древние святилища выросли в размерах, обрели мощные стены, встали на высокие платфор­мы. Они сделались центрами поселе-

Ний. Видимо, храм служил одновре­менно амбаром для зерна, а также своего рода «офисом», откуда управ­ляли работами по всей округе.

Те, кто поселился вокруг храма, сеяли хлеб, сажали финиковые паль­мы, разводили лён, ходили на охоту, ловили рыбу и пасли скот: овец, коров, свиней, коз. За всем, чего не могла им дать земля, они отправ­лялись в торговые экспедиции на тростниковых лодках. Общество ста­новилось всё более и более центра­лизованным, иерархичным. Именно тогда появились люди, на порядок превосходившие соплеменников богатствами. Они владели значи­тельным имуществом, в том числе массивными украшениями из золота, электра и лазурита. В одной из гроб­ниц того времени археологи нашли 25 тыс. бусин из лазурита, сердолика и бирюзы!

Месопотамия и соседние страны стояли на пороге мощного скачка в развитии. Он произойдёт на поро­ге IV и III тысячелетий.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *